Письмо маме


Фонари горят во тьме ночной,
Спят давно все улицы и парки,
Только я не сплю – пишу домой,
Чтоб вложить письмо в конверт без марки.

«Мама, я пишу тебе письмо –
Сердцу, что не ведает измены.
Снегом все тропинки занесло,
И сугробы подпирают стены.

Ты все ждешь, когда домой приду,
Ждешь меня с надеждою и верой.
Лишь в письме тебя я обниму:
Расстоянья – вечные потери»

Находясь под маминым крылом,
Мы не бережем её, не ценим,
А когда покинем отчий дом,
В сердце мамы все мы свято верим.

***

«Ну что за прок в стихах и песнях?-
спросил меня усатый повар,-
В них много лжи и много лести –
Все это для меня не ново».

«А я кую железо, мальчик, -
другой мне  в ухо протрезвонил, -
смотрю на твой холеный пальчик:
вот у меня – одни мозоли».

И вот на этой низкой ноте
Побил, изодрав рубаху,
Чтоб больше думал о работе,
И ручкой не марал бумагу.

Но и пораненной рукою
Опять пишу простые строчки:
Вам не понять – вы не со мною,
Для вас в стихах одни лишь точки…

Свет и тьма

Колесница судьбы собирает друзей, как грибы,
И не всех уже можно собрать за столом, как и прежде.
Но рассвет настает, снова будем искать те столбы,
На которых прибита последняя наша надежда.

Не судите, не зная всех ужасов выпавших лет,
В наш огромный костер побросали мы все идеалы.
Но во тьму не хочу, вы оставьте включенным мне свет,
Я останусь один, буду снова искать все сначала.

Как сказать то, что чувствуешь сам, а другим все равно,
Вы меняете жизнь на бокал хмельного вина.
Пусть с дорогой судьбы я стараюсь не спорить давно,
Но пуст мой бокал – я его выпил до дна.

Как безумцы, что сами слепы, но ведут за собой,
Под стопами анархии рушатся тонкие стены.
Жизнь и смерть уже стали для нас настоящей игрой,
И веселая жидкость течет по проклятым венам.

Оставайтесь у пепла – пойду я деревья сажать,
Молодой и зеленой листве я отдам свою душу,
И про жизнь буду вам на гитаре, как прежде, играть –
Ты не спорь со словами, а просто тихонько послушай…

Душа поэта

- Скажи мне, друг, зачем ты воспеваешь
То, что уже воспето до тебя?
Зачем пером бумагу ты мараешь,
И восхваляешь реку, лес, поля?
Ну, что нашел ты в рифмах новых строчек?
Что ищешь, кроме женской красоты?
Зачем тебе не спится среди ночи?
Чем дороги фантазии, мечты?
Я, например, не вижу смысла в этом,
Ведь для меня упавший лист – всего лишь лист,
А ты про осень все поешь фальцетом,
И ходят струны на гитаре вверх и вниз.
Ты оглянись вокруг – какая свалка,
Ведь мы ничем не чище поросят,
А ты поешь про розы и фиалки,
И восхваляешь розовый закат.
Скажи мне, неужели ты не можешь
Оставить без внимания бег лет?
Зачем стихами душу ты тревожишь?
Скажи мне, друг, скажи мне.
Я поэт…

Мимолетная любовь

Я полюбил довольно поздно, господа,
Но все же не забыть мне те мгновенья,
Когда она шептала только: «Да»,
Отбросив стыд, оставив все сомненья.

Урок любви мне преподав охотно,
Растаяла как сон во мраке ночи.
И, уходя, смеялась беззаботно,
Что ничего о свадьбе знать не хочет.

Любовь другая душу согревает,
Но иногда, при отблесках свечи
Сожмет тоска, и сердце вспоминает
Тот беззаботный смех ее в ночи…