Мосяков Владимир, родился 14.01.1991 г. в п. Новостройка, Загорского района, учился в средней школе № 5.  Увлекается поэзией.  С  14 лет сочиняет и исполняет под гитару свои стихи.
В настоящее время студент III курса Ярославского Государственного театрального института. Работает в  Сергиево-Посадском театре-студии «Театральный ковчег» помощником режиссера.




* * *

Для тебя я играю,
Не сводя с тебя глаз.
Режут пальцы мне струны
Каждый раз, каждый раз.
Хоть и слабый мой голос,
И ты смотришь в окно,
Не могу я поверить,
Что тебе все равно.

Хоть на плаху, хоть в бездну
Я пойду за тобой.
Но ты только смеешься
Надо мной, надо мной.
Мне не столько обидно,
Сколько больно душе,
Что в груди, в твоем сердце,
Нет доверия мне.

Если спросишь: «Послушай,    
Отчего ты скулишь?»
Оттого, что ты даже
На меня не глядишь.
Неужели  не видишь,
Что в тебя я влюблен?
Если это мешает, -
Ты скажи, я исчезну, как сон.
19.12.07 г.

С.Г. Кореневу
Заслуженному артисту РФ,
основателю Сергиево-Посадского
театра-студии «Театральный ковчег»

Каждый день хоть кто-то умирает.
На Кавказе, в США, везде.
Девять дней душа твоя летает,
Вспоминая то, что было на Земле.

Вот и Вы ушли от нас навеки…
Сжался рот и замерла рука,
Умный взгляд Ваш сковывают веки…
В Ваш уход не верится пока.

Вы лежите в желтом пиджаке.
В том, который больше всех любили.
Крест с иконой в мертвенной руке,
И цветы на вскопанной могиле.

Вы ушли с надеждой на успех,
Что театр заново родится.
Положитесь, Мэтр, на нас на всех.
Сверху нами сможете гордиться.

10.05.06 г.

The Great Pretender.
______________________________________
(Великий Притворщик)
Посвящается
Freddie Mercory
(в подражание)

Да. Я – великий притворщик.
Притворщик буквально во всем.
Я скрываю мечты,
Я тащусь от луны,
Все равно все мы скоро умрем.

Да. Я – великий притворщик.
Я прячу свой внутренний мир.
Я играю в игру,
Я ей ритм задаю,
Я веду с глупой смертью турнир.

Да. Я – великий притворщик.
Но жизнь – это тоже игра.
Хоть игра и моя,
Но ты видишь себя.
Я люблю, когда стонет гроза.

Да. Я – великий притворщик.
Притворство мое – без границ.
Но быстрее игра,
И все дальше весна…
Я завидую легкости птиц.

Да! Я – великий притворщик!
Но за это у нас не казнят.
Я могу быть одним,
Я могу быть другим,..
Лишь бы не был притворным мой взгляд.

21.01.2008 г.

* * *    

Вечер спустился, месяц сияет,
Звезды горят на снегу.
Девушка молча о чем-то мечтает,
О чем? Я понять не могу.

Может, о доме, может о маме,
Может быть, о луне,
Может, о Коле, может, о Славе,
А может быть, обо мне?

ПЫТКА

Безмерна людская жестокость,
Она не имеет границ.
Котят мы бросаем в пропасть,
Изводим животных и птиц.

Мы просто, ради забавы,
Охотимся на кабанов,
Ставим на лис капканы,
Стреляем из ружей в волков.

Охота – спортом зовется!
И всем так приятно смотреть,
Как в смертной агонии бьется
Орущий от боли медведь.

А если б за вас так взялись
И начали истреблять?
Я думаю, вы б не смеялись…
Зачем же животных пытать?!

* * *    

Не хочется вторить великим,
Но хочется их повторять.
Быть с той же душою открытой,
И души людей открывать.

Не каждый же знает, что счастье
Великих, творцов, мастеров,
Держалась за руку с несчастьем,
С печалью трагичных концов.

И, прежде, чем статься великим,
Попробуй вопрос разгадать:
А сможешь Ты с горем и счастьем
Прожить, да еще их связать?

17.12.07 г.

* * *    

Мне втыкают палки в колеса,
Не могу дальше плавно идти.
Все враги, как большая заноза,
Есть один путь – смести их с пути.

Хоть все это  - как самоубийство –
Против танков мышь вряд ли попрет.
Но мне чувство борьбы – очень близко.
Я их всех закручу в переплет!

17.12.07 г.

* * *    

Как мир жесток. Я в этом убедился:
Столкнувшись с человеческой бедой
Никто из 1000 не приостановился,
Хоть в спины и летели «Стой!»

Я вышел из толпы, меня сметали
С дороги: я же вылез из струи.
Глаза поднялись – слезы в них сверкали,
И губы прошептали «Помоги!»

Я руку протянул – и в тот же миг
Раздался смех и гам тупой толпы,
За то, что я пошел на этот крик
И выбился из стада, из струи.

Теперь и я изгой для тех людей,
Которые как стадные кроты,
И с каждым днем все больше тех б…

Решай: к кому примкнуть захочешь ты?

18.12.2007 г.

О В.С. Высоцком

Он умер. Больше нет его.
Какой удар для всей честной России!
Ему страну подергать довелось
За сдавленное, резанное вымя.

Он был актер, певец и был поэт.
Он был мужик – таких, конечно, мало.
С его уходом обеднел весь белый свет.
Таких, как он, во веки не бывало.

Высоцкий – личность, индивидуальный тип.
Семеныч – человек, кричащий не напрасно.
Владимир – мертв. Но пламень уст горит.
Оставил свой портрет – без слов все говорящий.

27.02.06 г.

Посвящение Б.Л. Пастернаку.

Я рано понял своей жизни цель,
И двигаться к ней стал я слишком рано.
Мой выбор сделан. Удобнее теперь
Мне брать толпу со сцены и с экрана.

Я наплевал на все насмешки Света,
Свой крест подняв без помощи чужой.
Я жив еще, и песнь моя  не спета.
Мне не идти дорогою другой.

На голове лавровый веник со шипами,
В руке держава весом сто кило.
Но верю я: Господь пребудет с нами,
Ему на нашу жизнь не все равно.

Мой друг актер, меня поймет, наверно.
Ему знакома плата за успех.
Но если ты сгораешь достоверно,
То остаешься в памяти на век.

06.04.07 г.

С.А. Есенину

Резать вены – последнее дело.
Хуже «резанья» - только петля.
Я не верю, Есенин, не верю,
Что ты смог погубить сам себя.

Тебе в дар принесли дар поэта,
И вот вдруг обокрали тебя,
Не прощу! Призываю к ответу
Тех, кто жаждет за это суда.

02.08.07 г.

Санкт-Петербургу.

Расстилается заря над Невою,
Освещает весь город рассветом.
Мы по Невскому гуляем с тобой
Тихим, солнечным, радостным летом.

Я приехал к тебе, Петербург!
Прохожу у твоих фонтанов.
И в груди есть какой-то испуг
От горластых звуков фанфар.

Здравствуй, Питер! Царь град наш!
Взгромоздившись на пьедестал
Ты стоишь много лет тут, как страж,
Охраняя покой горожан.

И Исаакий, как большая скала,
Возвышаясь стоит над Невой,
Как в Зимний дворец: навсегда
Потревожили Вы наш покой.

* * *    

Мы разучились драться и кусаться,
Забыли мы, как надо сжать кулак.
Легко всегда без крови просто сдаться.
Кто так поступит – истинный дурак.

Мне – лучше умереть, чем пресмыкаться,
Мне проще сжечь все нервы до золы.
Но одному  - трудней сопротивляться
Мне все-таки помощники нужны.

01.11.07 г.

Цикл «Времена года»

Зима

Воет вьюга, снег кружится
Заметая землю всю.
Может ты и не жар-птица –
Все равно тебя люблю!

Я люблю твою одежку –
Белый снег тебе к лицу.
И как медную застежку
Всю во льду реку Оку.

Пусть все крутит! Пусть все сыпет!
Пусть заносит снег меня!
Пусть планету всю засыпет!
Я люблю, Зима, тебя!

12.12.05 г.

Весна.

Текут ручьи, шумит листва
И птицы прилетели.
Пришла! Пришла уже весна!
Меня подняв с постели.

Тебя я ждал. Не скрою я
Зима тебя мерзлее,
Но ты одна любви полна
И на душе теплее.

Твои березы и луга
Любил Сергей Есенин
Весна! Я вяну без тебя
Как птица без сирени.

13.12.05 г.

Лето.

Как хорошо бежать по лугу
И рвать цветы, плести венок.
Мечтать и песню петь подруге,
Когда вас холит ветерок.

И пусть палит нещадно солнце
И жарко так, что мочи нет,
И хочется нырять в колодец…
Таким я был в двенадцать лет.

Теперь я вырос …
Как красиво! Я это все не замечал!
И поклонившись в пояс иве,
- Спасибо! – лету я сказал.

12.12.05 г.

Осень.

Осень – лишь дожди и слякоть,
Солнце льет неяркий луч
В твой период, так хочется плакать
От нависших в небе туч.

Осень! Что в тебе такого?
Что в тебе нашел поэт?
Для меня в тебе все ново,
Я хочу найти ответ!

Твои листья золотые
И пастельные тона…
И за качества простые,
Всей душой люблю тебя!

13.12.05 г.

* * *    

Меня  позвали починить корыто,
Разбитое от Пушкинской поры.
Оно все в трещинах, и дно совсем отбито,
В нем – пара миллиметров до дыры.

Мне стало больно от бессилья моего,
Что не смогу корыто залатать.
Но больше зла таил я на того,
Кто смог корыто это разломать.

И я решил создать другое блюдо,
Из прочной стали, иль из чугуна.
Что б ни одна паршивая паскуда,
Не навредила бы тому, что сделал я.

23.01.08 г.

* * *

Я не могу решать вопросы,
Которые народ  должен решать.
Они сидят в сердцах, они занозы,
Которые нам надо удалять.

Заноза первая: вранье в лицо народу,
Со стороны родного государства.
Оно дало великую свободу,
Но тут же заточило людей в рабство.

Заноза два : велика культура,
Которую вы «рветесь» защитить.
Но власть, скажу открыто, просто дура,-
Культуру вы не сможете убить.

Вы умерщвляете свой городок родной,
Его вы разорвали на куски.
Я знаю – это кончится войной.
И ваши шансы в ней – не велики.
23.01.08 г.

* * *    

Мне моя изменила муза,
Наверно, к другому ушла
Поэту, без ритма и вкуса,
Ему теперь служит она.

Я не стал её служащим верным,
Не по нраву ей, видно, я.
Все написанное – считал я скверным,
А она все терпела меня.

И сегодня она убежала,
Не сказав на последок «прощай»…
Возвратиться не обещала.
До свидания, Муза. Гуд бай!

24.01.08 г.

Трудный путь.

С каким трудом дается людям вера.
Её приходится вылавливать со дна.
Достать ее – утопия, химера.
Она лишь избранным, и то чуть-чуть видна.

Как тяжело дается людям правда.
На кухне, шепотом, при свете двух свечей.
Ведь у нее оскал, как у гепарда,
Направленный на произвол властей.

Зато как весело нас кормят сытной ложью,
А мы даем ей накормить себя.
Как нас кусает власть паршивой вошью.
И мы сдались, самих себя губя.

Но кто восстанет против этой силы?
Кому такая битва по плечам?
Неужто вся страна – одни дебилы,
Служащие подонкам – палачам?

30.01.2008 г.





Мы любим тех,
Кто нас не любит,
И губим тех,
Кто любит нас.

* * *

Выходи на крыльцо,
помаши мне рукой,
Я примчусь на коне,
мы уедем с торбой.
Я тебя увезу
в край далекой мечты,
Где, забыв все невзгоды,
будешь счастлива ты.

Там нет злобы и горя,
там нет страха и лжи,
В том краю много счастья
и свободной любви.
Этот край – в моем сердце,
если хочешь – пойдем,
И на век мы с тобою
будем только вдвоем.

Всем влюбленным

В любви ни кто не предсказуем,
Любой влюбленный – психопат.
Он истеричен, он безумен,
Но как он рад! Ах, как он рад!

Любовь – страшнее всех болезней,
Она зараза, как чума.
И нет болезни бесполезней,
Хоть и полезней, чем она.

Любовь нам – элексир от грусти,
От одиночества бальзам.
И веря, что ее пропустят,
Она стучится в двери к нам.

И мы открыли любви двери,
Впустив ее в наш черствый мир.
И заиграли в миг свирели,
И начался веселый пир.

Но все не вечно. Все когда-то
Закончится в один момент.
Любовь уйдет . Пойми, так надо,
Но не угаснет ее свет.

СТРУНЫ

Свои нервы я вырвал из жил,
Вместо струн натянул их гитаре.
Свою душу в нее я вложил,
Отмочив ее в скипидаре.

Мне бы скучно жилось на земле,
Если б нервы были спокойны.
Я врежу этим только себе,
Не волнуйтесь, будьте покойны.

Не беритесь играть Вы на ней.
Только струны расстроите зря.
Я согласен творить для людей
Но чужим рвать мне нервы – нельзя.

И последний аккорд добивая,
Я порву разом струны все.
Что б меня, в дальний путь провожая,
Раздалось: «Он сгорел», обо мне.

* * *    

И вечен снег,
И вечна мгла,
И я не знаю, что мне делать.
Куда бежать,
Кого позвать,
И что тут можно переделать.

Завален вход,
Не виден выход
Куда не глянь – везде тупик.

Здесь нет огня,
Здесь жизни нету,
И эхом не отдается крик.

Тут нет дорог,
Тут нет тропинок,
На каждом шаге – поворот.
А я ищу,
Я всё надеюсь,
Хоть кровью выступает пот.

Но цель близка,
Но цель видна,
И я почти дошел до лета.
Растает снег,
Прозреет мгла,
И я увижу правду света.

* * *
 
Так весело живется нам порой,
Что горя мы почти не замечаем.
А если вдруг беду и повстречаем,
То обойдем спокойно стороной.

ТИШИНА.

Я город не люблю за суету,
Безумство лиц мне не по душе.
Послав к чертям всю эту маяту
Я еду к ней, к заветной Тишине.

Она меня встречает благосклонно,
Проводит в сад, где нету ни души.
Беседка… Пруд… из мрамора колонны…
И я пишу пером стихи в тиши.

А после чая у огня
Я возвращаюсь в город свой.
И снова жажду того дня,
Когда я встречусь с Тишиной.

Корове, с заправки, в деревне Наугольное.

Одинокая стоишь ты на заправке.
Не живая. Мертвая стоишь.
Ты не ходишь по зеленой травке,
Даже, как корова, не мычишь.

Как ужасна вся эта картина!
Так же все живое губим мы.
Скоро вся рабочая скотина
Вымрет от людей, как от чумы.