Глазов Григорий Анатольевич
Родился в 1979 году.  По образованию юрист, по роду деятельности – журналист. Работал во многих СМИ, в настоящее время – ответственный секретарь газеты «Сергиевские ведомости» Сергиево-Посадского информационного агентства Министерства по делам печати и информации Правительства Московской области.
С 2001 г. – член Союза писателей России.
С 2003 г. – член Союза журналистов России.
С 2005 г. – заместитель председателя районного отделения Союза журналистов России.






НАЧАЛО

Смотрим: это Начало.
Здесь существует Слово,
давшее импульс краскам,
звукам и тканям Сути.
Суть – это то, что стало.
Звук – это то, что ново.
Цвет – он бывает разным.
Ткань – это холст. Рисуйте!
2007 г.

* * *

Ты заставила мир искупаться в весне,
ты отправила письма, но только не мне,
ты любила гулять по ночному шоссе,
ты хотела, чтоб я был таким же, как все.

Я не знал ни тебя и ни сложных вещей,
я когда-то любил этот свет вообще,
я писал на снегу, на воде и во сне,
я, как мира осколок, купался в весне.

Мы с тобой перешли в расщепленный уран,
мы не будим друг друга теперь по утрам,
мы забыли, что мир начинает весна,
мы, скорее, - «они», то есть, «он» и «она».

Бутерброд упадет, сами знаете, как.
Электричка не ждет – в расписании брак.
Этот маятник, брат, как обычно, не врет:
бесконечность – назад, бесконечность – вперед.
2007 г.

«ЗДРАСЬТЕ» НА БИЛЬЯРДЕ

Едва, поверьте, в теплом марте
чуть от эстетики не сгиб...
Она играла на бильярде,
приняв пленительный изгиб.

На стол ложились формы туго,
но стыд вогнать не помешал
от двух бортов девятку в угол,
семерку - в центр через шар.

Я подошел и молвил: “Здрасьте”.
Она спустилась со стола,
с нежнейшей ласкою и страстью
по кию мелом провела,

потом зевнула чуть притворно,
сказав: “Ах, как вы все хитры.
Я не даю сегодня форы.
По двести баксов час игры”.

...Без денег и без тени страсти
я покидал бильярдный зал
и думал: на хрена я “здрасьте”
так опрометчиво сказал?
2007 г.

* * *   

Я увижу тебя легкой струйкой небесного воска,
подарю эту ель, этот снег, поцелуй ветерка.
В горизонт нас умчит расписная из сказки повозка,
на которой паромщик легко заменил ямщика.

Сохраните мечты, но, пожалуйста, не хороните!
Мы увидимся вновь, не пройдет… Даже если пройдет
этот фильм как во сне – в нем способен участвовать зритель:
пред тобою экран и пространство для шага вперед.

Я запомню тебя по вибрациям легкого вздоха,
по изгибу руки, той, что радость имел согревать.
Нарисую портрет – соберу по крупицам, по крохам,
по фрагментам тоски, по привычкам не выть и не спать.

На пароме, в седле, в тарантасе и поезде скором
помолюсь о тебе, даже если не буду прощен,
подниму воротник, закурю, запою «Черный ворон»
и по белому свету, даст Бог, поскитаюсь еще.
2007 г.

Уместившийся в одно предложение СКАЗ о том, как полезно уметь формулировать и периодически забывать заветные желания

Игры света и тени –
сплавы сказки и были,
элементы системы
и корпускулы пыли,

силуэтов сплетенье,
огоньков трепетанье –
игры света и тени –
аксиомы и тайны –

споры «да» и «не надо»,
свары местных и пришлых,
где хула и награда
для уместных и лишних,

смесь камней и растений,
масти – черной и красной –
игры света и тени,
или общего с частным,

или частого с редким,
плюс – объемного с плоским,
досок шахматных клетки,
зебр бегущих полоски:

где-то варим пельмени,
как-то тешимся пивом –
игры света и тени –
версий с императивом,

золота с черепками,
буйства волн и апатий,
то, где коса и камень,
то, где «еще» и «хватит»,

где столбы атмосферы
как дубы с желудями,
где гуляют пантеры
под руку с медведями –

игры света и тени –
вкус малины и чили –
мы все это хотели
и, забыв, получили.
2008 г.

Начало

 

Смотрим: это Начало.

Здесь существует Слово,

давшее импульс краскам,

звукам и тканям Сути.

Суть – это то, что стало.

Звук – это то, что ново.

Цвет – он бывает разным.

Ткань – это холст. Рисуйте!

2007 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

===

Ты заставила мир искупаться в весне,

ты отправила письма, но только не мне,

ты любила гулять по ночному шоссе,

ты хотела, чтоб я был таким же, как все.

 

Я не знал ни тебя и ни сложных вещей,

я когда-то любил этот свет вообще,

я писал на снегу, на воде и во сне,

я, как мира осколок, купался в весне.

 

Мы с тобой перешли в расщепленный уран,

мы не будим друг друга теперь по утрам,

мы забыли, что мир начинает весна,

мы, скорее, - «они», то есть, «он» и «она».

 

Бутерброд упадет, сами знаете, как.

Электричка не ждет – в расписании брак.

Этот маятник, брат, как обычно, не врет:

бесконечность – назад, бесконечность – вперед.

2007 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

«Здрасьте» на бильярде

Едва, поверьте, в теплом марте

чуть от эстетики не сгиб...

Она играла на бильярде,

приняв пленительный изгиб.

 

На стол ложились формы туго,

но стыд вогнать не помешал

от двух бортов девятку в угол,

семерку - в центр через шар.

 

Я подошел и молвил: “Здрасьте”.

Она спустилась со стола,

с нежнейшей ласкою и страстью

по кию мелом провела,

 

потом зевнула чуть притворно,

сказав: “Ах, как вы все хитры.

Я не даю сегодня форы.

По двести баксов час игры”.

 

...Без денег и без тени страсти

я покидал бильярдный зал

и думал: на хрена я “здрасьте”

так опрометчиво сказал?

2007 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

        

 

 

 

         *        *        *       

 

 

 

Я увижу тебя легкой струйкой небесного воска,

подарю эту ель, этот снег, поцелуй ветерка.

В горизонт нас умчит расписная из сказки повозка,

на которой паромщик легко заменил ямщика.

 

Сохраните мечты, но, пожалуйста, не хороните!

Мы увидимся вновь, не пройдет… Даже если пройдет

этот фильм как во сне – в нем способен участвовать зритель:

пред тобою экран и пространство для шага вперед.

 

Я запомню тебя по вибрациям легкого вздоха,

по изгибу руки, той, что радость имел согревать.

Нарисую портрет – соберу по крупицам, по крохам,

по фрагментам тоски, по привычкам не выть и не спать.

 

На пароме, в седле, в тарантасе и поезде скором

помолюсь о тебе, даже если не буду прощен,

подниму воротник, закурю, запою «Черный ворон»

и по белому свету, даст Бог, поскитаюсь еще.

2007 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Уместившийся в одно предложение Сказ о том, как полезно уметь формулировать и периодически забывать заветные желания

Игры света и тени –

сплавы сказки и были,

элементы системы

и корпускулы пыли,

 

силуэтов сплетенье,

огоньков трепетанье –

игры света и тени –

аксиомы и тайны –

 

споры «да» и «не надо»,

свары местных и пришлых,

где хула и награда

для уместных и лишних,

 

смесь камней и растений,

масти – черной и красной –

игры света и тени,

или общего с частным,

 

или частого с редким,

плюс – объемного с плоским,

досок шахматных клетки,

зебр бегущих полоски:

 

где-то варим пельмени,

как-то тешимся пивом –

игры света и тени –

версий с императивом,

 

золота с черепками,

буйства волн и апатий,

то, где коса и камень,

то, где «еще» и «хватит»,

 

где столбы атмосферы

как дубы с желудями,

где гуляют пантеры

под руку с медведями –

 

игры света и тени –

вкус малины и чили –

мы все это хотели

и, забыв, получили.

2008 г.